Сердце Аримана Новое!

памяти слова языка, на котором он не говорил последние пятнадцать лет.
- Американского демона, который страшнее самых ужасных бомб, захватили какие-то люди. Нам нужно отбить его, а попасть туда можно только через тоннель.
- Я в вашем распоряжении, приказывайте, - рассеянно ответила Фуонг.
- Вы говорите по-английски, мадам Фуонг?
- Немного. - Она снова робко улыбнулась.
- Если что-то не поймете, остановите меня и переспросите. Я объясню на вьетнамском.
- Говорите, говорите.
Перейдя на английский, полковник обратился к обоим тоннельным крысам.
- Я хочу, чтобы вы начали действовать во время штурма, который начнется, как только мы получим поддержку с воздуха. Тоннель в горе нужно будет взорвать на фоне стрельбы. Пусть те, кто наверху, не знают, что мы пытаемся пробиться снизу.
- Черт, - рассмеялся Уоллс, - если там не дураки, то они догадаются.
Заставили же они вас сидеть здесь и сосать палец, значит, и это сообразят. И будут ждать. Как уже было в стране этой прекрасной леди. Должен сказать, в тоннеле будет жарко.
Естественно, подумал Дик, тоннельные крысы всегда считают, что кто-то подстерегает их.
- А вы не голодны? Может быть, хотите поесть? Сейчас отдохните, потому что действовать придется очень скоро. И я хочу, чтобы вы взяли с собой моих людей.
Вы не будете одиноки в тоннелях.
- В тоннеле ты всегда одинок, - заметил Уоллс. - Но все-таки дайте мне худенького парня, который будет держаться подальше и выполнять все мои приказы.
Дика несколько сбила с толку прямота Уоллса, дальше он повел разговор с большей осторожностью. - Темнокожего, мистер Уоллс? Лучше, если это будет темнокожий человек? В группе Дельта есть несколько негров. Уоллс снова рассмеялся, - Это не имеет значения. В тоннеле все ниггеры.
Фуонг сидела, словно в трансе. Это случалось с ней часто. Она так и не пришла в себя после катакомб. Медики определили у нее шизофрению пятой степени, как у многих, кто был связан с катакомбами. Потеряв близких людей, пережив немало ужасов, она, что называется, тихонько тронулась умом, который теперь маленькой лодочкой блуждал по волнам в открытом море. Фуонг не любила яркий свет, людской толпы, не любила говорить о себе. Любила она детей, цветы, свежий воздух, но больше всего любила детей. По ночам Фуонг разговаривала со своей дочерью, прижимала ее к груди. Она помнила, как девочка исчезла в пламени напалма. Языки пламени обожгли ей брови, взрыв почти оглушил ее. Она рванулась в огонь, но кто-то остановил ее.
И вот теперь она сидела в сарае с темнокожим мужчиной, как она понимала, ее коллегой, и пыталась воздать должное той пище, которую любезно поставили перед ней. Фуонг чувствовала, что приближается решающий момент, потому что мужчины перестали заниматься оружием и разошлись. Фуонг узнала эти симптомы скоро бой. Она помнила их по старым временам.

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52