ПО РУСИ

сделались финны-немцы-голландцы, и прах бы побрал будущее первенство, города, а
заодно и квартиру, в которой - теперь это было ясно как Божий день - ремонт она
так никогда и не закончит.
И даже Валечка-Вальс, из которого она думала воспитать второго
Рейсфедра... Ну, воспитала бы. Ну, выиграла бы на нём... "Вольво" или "Самсунг"
через несколько лет. Дальше-то что?.. Быть первой - а на кой хрен?..
Все последние годы у неё буквально не было свободной минутки - дела, дела!
А вот налетела лбом, и остановилась, и в изумлении огляделась - и увидела, что
дела эти не стоят выеденного яйца, а единственное, ради чего стоило жить, ушло
навсегда. Вот только когда открылись глаза и рванулась душа: что угодно отдам,
только верните!.. Но не услышат, не возвратят.
Время, говорят, лечит... Но до этого было очень ещё далеко. Аня Смолина,
так и не ставшая Путятиной, кружила по манежу на рыжем будённовском жеребце.
"Что подкрадываешься?.. - звучало в ушах. - Как к дяде Ване за вишнями лезть
собираешься..." Вальс был сегодня в необыкновенном ударе. Он старательно и
чётко брал барьер за барьером и только фыркал, принимая заслуженную похвалу.
Ветер бил Ане в лицо и размазывал по щекам солёные капли.
"Продам, - твердо и бесповоротно решила она под конец тренировки. - Всё
продам к чёртовой матери и уеду, а квартиру Маринке подарю, хватит ей по
коммуналкам ютиться. Есть же у них там в "Свободе" спортивное отделение...
Может, дальше прыгать получится, а может, ребятишек стану учить... Или вовсе за
жеребятами ухаживать пойду, как Серёжка когда-то... Сегодня же вечером Василию
Никифоровичу позвоню..."
Но она вернулась домой за полночь, когда для звонков в Михайловскую было
уже по определению поздно. И на другой день повторилось то же самое: она так и
не собралась никуда позвонить, зато до седьмого пота, до дрожи в ногах работала
Вальса и других своих лошадей. А потом поняла одну простую вещь. Для того чтобы
некоторым образом быть рядом с Сергеем, вовсе не обязательно ехать в
Михайловскую. Чистокровные или нет, будёновцы, латыши, терцы[61] - Сергей
незримо возникал подле неё, стоило только ей подумать о лошадях, а эти мысли
почти не покидали её. А значит, и Сергей неотлучно был здесь, рядом, и его
ладонь скользила рядом с её ладонью, когда она гладила серые, гнедые, вороные
бока. Он скакал вместе с ней, когда она посылала четвероногого воспитанника на
препятствие. А когда она спрыгивала с седла и конь тянулся к её рукам, ожидая
заслуженного угощения, - в бездонных зрачках, она могла бы поклясться, мелькало
Серёжино отражение.
И ещё оставался жеребец Заказ, ради которого он

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53