ПО РУСИ

о... и увидела внизу, в проезде
около дома, автомобильную крышу цвета мокрый асфальт. Делать нечего, пришлось
срочно одеваться и выбегать.
В коридоре её едва не сшибли с ног. Со стороны кухни, прижав уши и пряча
пушистый хвост, во всю прыть мчался Гуталин. А за ним на бреющем полёте, норовя
выдрать клок шерсти из пышных серых "штанов", с боевым кличем нёсся Кошмар. В
хвосте у него недоставало пера. Аня кое-как продралась сквозь цепкий клубок
крыльев и лап, выскочила за дверь и уже с площадки услышала ругань Марины,
спешившей к месту событий с полотенцем в руках.
Спускаясь в лифте, она всё пыталась представить себе, как будет проходить
"свидание", на которое, кстати, Любаша с Мариной очень не хотели её отпускать.
"А вдруг он приставучим окажется? - стращала Марина. - У нас в институте такой
замдекана был, старикашка. Очень он девчонок по спинкам гладить любил, видно,
от дряхлости больше ни на что уже не годился. Мы его так гладиатором и
прозвали..." - "Знаешь, как говорят? Старый конь борозды не испортит, -
поддержала Любаша. - Но и глубоко не вспашет..."
Аня только отмахнулась: её больше пугал другой вариант. Однажды, лет пять
назад, она поехала в Колтуши смотреть какие-то соревнования, а когда всё
завершилось, чисто от нечего делать отправилась навестить двоюродную тётку
отца, жившую там поблизости. Тётку эту она последний раз видела ещё в
дошкольные времена, и, естественно, та её не узнала. Но когда Аня
отрекомендовалась - всплеснула руками, захлопотала, усадила пить чай:
"Наконец-то мы с тобой, деточка, обо всём потолкуем..."
...И, быстренько выхлебав жидкий чай, принялась нескончаемо повествовать о
своих знакомых старушках. Наиподробнейшим образом. Кто чем болел, кто в какой
больнице лежал, кому какую сделали операцию. Приятельниц троюродной бабки Аня в
глаза никогда не видала и не надеялась увидать, имена-отчества с перечнями
хворей и порошков пролетали, не задерживаясь, из одного уха в другое, но
побудить дальнюю родственницу к "смене пластинки" она тогда так и не решилась.
Нехорошо: старый человек, выговориться охота, а пообщаться не с кем небось...
"Ты, деточка, приезжай, - напутствовала её в дверях отцова двоюродная. - Ещё
потолкуем..." Аня проявила позорное малодушие и больше с тех пор бабку не
навещала.
В общем, "гладиатор" был пугалом не из худших. Аня, впрочем, забыла о нём
с первой же минуты общения.
- Здравствуйте, Анечка! - Пётр Фёдорович не стал этак старомодно-галантно
целовать ей ручку, просто пожал, и ладонь у него оказалась на удивление сильная
и осторожная. И он действительно здорово смахивал на мудрого академика


1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53