Губин

чку", на миг замерла - и вновь опустилась на все четыре ноги.
- Фасолина! - строго сказал ей Цыбуля. Он всегда делался ужасно серьёзным
и строгим, если чувствовал, что глаза вот-вот затуманит неверная сырость.
Лошадка ответила знакомому голосу тонким, совершенно девчоночьим ржанием.
Ингеборг отпустила повод, и Нотка рысцой устремилась через манеж, чтобы
ткнуться носом в подставленную ладонь. Цыбуля, растроганный до невозможности,
ещё круче сдвинул брови: "Помнит, паршивка!.." Ион передал гостю несколько
кусочков сахара, тут же подобранные ищущими губами лошадки. Цыбуля придирчиво
оглядел былую любимицу свободненского завода и понял, что правильно
распорядился её судьбой. Он предполагал, что снова увидит её здесь, в Швеции,
но почему-то ждал, что, крепко угодив в работу и тренинг, Нотка постройнеет,
"перепадёт". Ничего подобного! Похоже, на новом месте умненькую малышку любили
и баловали не меньше, чем дома... Нотка стала ещё круглей, чем была,
светло-рыжая шёрстка золотилась россыпью муаровых "яблок".
- Добро пожаловать, Василий Никифорович!..- по-русски старательно
выговорила Ингеборг. И быстро покосилась на Оленьку Путятину: всё ли правильно
произнесла. Юная княжна незаметно кивнула, девочка смутилась и слегка
покраснела, гордясь похвалой старшей подруги, а до Цыбули вдруг дошло, как они
все здесь ждали его, как готовились его встречать - с того самого часа, как он,
Цыбуля, связался по компьютерной сети с Ионом и сообщил, что хотел бы
приехать... Неведомо откуда пришло мгновенное озарение, и Василий Никифорович
увидел всю ситуацию словно бы их глазами, совершенно в ином свете, чем она до
сих пор представлялась ему самому. Он был не просителем из вечно разорённой,
разворованной и голодной страны, приехавшим в европейскую столицу "за правдой".
Он прибыл в маленькую Швецию из всё ещё огромной, великой и непостижимой
России, из той самой России, на которую бронзовый Карл XII на стокгольмской
площади до сих пор указывает рукой: "Я там побывал - и запомните, шведы: если
охота жить, русских лучше не трогайте..."
- Ну? - по-прежнему строго обратился Василий Никифорович к девочке. -
Показывай, чему научилась!
Маленькая Ингеборг, конечно, не поняла. Все её познания в русском
исчерпывались только что произнесённым. Оленька Путятина тут же выручила,
перевела. Внучка Иона очень серьёзно кивнула - знать, ждала подобного экзамена,
готовилась к нему-и стала показывать. Нотка, попавшая из одних хороших рук в
другие, не худшие, повиновалась весело и охотно. Меняла аллюры, выделывала
вольты, восьмерки и змейки, а под конец даже лихо взяла полуметровое
препятствие, устан

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53