Губин

смотрев на часы, Василий Никифорович мысленно ахнул и стал
было лихорадочно одеваться, но потом махнул рукой и отставил всякую спешку. "А
ну их, в самом-то деле. Когда проснулся, тогда и проснулся, и подите вы все..."
Он ополоснулся под душем, натянул вытертые "миллионерские" джинсы, добавил
клетчатую шерстяную рубашку - и со стаканом апельсинового сока в руках вышел на
маленькое крыльцо.
Возле дома была устроена конюшня, несколько ограждённых белыми заборчиками
левад, манеж с невысокими - для ребятишек - препятствиями и даже учебный
скаковой круг. Солнце ярко светило сквозь неподвижные сосновые ветви, и Цыбуля
заслонил рукой глаза. Читал он в очках, но вдаль был ещё зорок. Перед конюшней
стояла на привязи лошадка исландской породы, коренастая, крепенькая, с мохнатой
гривой и длинным пышным хвостом. Внучка Иона, Ингеборг, облачённая в оранжевый
непромокаемый комбинезон и большие резиновые сапоги, усердно мыла лошадку,
поливая из шланга. Мыльная пена стекала по крутым серым бокам. Лошадка стояла
спокойно, только иногда потряхивала головой. Никому не пришло бы в голову в
сентябре месяце намывать прямо на улице чистокровного верхового коня, но,
видно, правду говорят - исландскую лошадь, "лошадь Богов", никакими погодными
условиями не прошибешь...
Сам королевский конюший стоял облокотясь на оградку левады и посматривал
то на внучку, то на трёх других "исландцев", гулявших в леваде среди кустов и
камней.
Цыбуля не торопясь подошёл к нему, на ходу допивая свой сок. Ион улыбнулся
и сказал что-то по-шведски. Оленьки Путятиной рядом не было, и Василий
Никифорович, пожав плечами, изобразил на пальцах разницу во времени.
- Time difference,[76] - мобилизовал он не выученный когда-то английский.
Ион понял и серьёзно кивнул.
Отсюда просматривалась часть дамбы, примыкавшая к материку, и Цыбуля
заметил яркое пятнышко, быстро двигавшееся по насыпи. Отставной генерал фон
Шёльдебранд перехватил взгляд гостя и вытянул руку.
- Little Jom, - сказал он. - My grandson[77].
Накануне за ужином Цыбуля успел познакомиться с серьёзным белоголовым
пареньком и даже узнал, что маленький Ион мечтал стать жокеем. А посему, в
отличие от сверстников, напропалую гонявших на мопедах, катался по холмистым
окрестным дорожкам исключительно на велосипеде. Для укрепления ног.
Дед, несомненно, всячески поддерживал устремления внука; было понятно,
ради кого перед домом был устроен почти настоящий скаковой круг, а в конюшне,
должно быть, стоял верховой пони[78] - или даже мудрый старый ипподромный боец,
отслуживший своё, но ещё отлично помнящий всё, чему следует научить будущего
1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53