Еще о «Карамазовщине»

о беседе с Трисмесом. Необходимо поделиться хоть с кемто надеждой, которую дал покровитель мошенников. Смутной такой надеждой. Наверное, Гаю можно доверять. Кому же, как не ему. Хотя он и одержим.
Она уже почти решилась, но вдруг темная вода вокруг корабля начала светлеть. Из глубины на поверхность поднимались светящиеся круги. Арэлл перегнулась через край борта, чтобы лучше видеть, что происходит в реке. Цепочка огней замерла на мгновение, а потом из воды медленно вынырнули огромные мерцающие лотосы. Их лепестки раскрылись, внутри, освещенные золотистым сиянием, сидели молоденькие девушки в тонких одеждах с длинными влажными волосами. Они бросали в воду цветы и улыбались…
Дивную картину испортил крепкий запах вина, чеснока и резкий голос сенатора Полибия Катиллина:
— Слушай, Клавдий, достань мне вон ту нимфочку. Светленькую.
— Что, друг мой, ваши вкусы соответствуют высоким демоническим идеалам? — к борту неподалеку от Арэлл привалился сенатор Ферст.
И оба рассмеялись.
— Кстати насчет демонических идеалов. — К патрициям подошел еще один сенатор — Теренций Кувр, сухой, желчный старик, пожелтевший от постоянных приступов раздражения. — Гратх пытается протащить закон о сокращении земель, арендованных государственными чиновниками.
— Незаконно арендованных? — уточнил Катиллин.
— Естественно. Вас, дорогой, не было на прошлом заедании. Своими трескучими речами он довел Сенат до мигрени. Он требует отдать эти освободившиеся площади безземельным гражданам.
— Но он же сам понимает, что это безнадежно! — Ферст выпятил толстые губы. — Покажите мне идиота, который поддержит его.
Кувр улыбнулся язвительно и оглянулся.
— Пожалуйста, любуйтесь — Клавдий.
— Что?! — Катиллин, забыв о своем величии, неблагообразно разинул рот. — Он что, с ума сошел?
— Он хочет завоевать расположение народа, — проявил лояльность старик. — Это естественно. Великодушный наследник отбирает у зарвавшихся патрициев незаконно присвоенные земли и отдает благодарным горожанам. Всеобщее ликование.
— Хрен ему, а не ликование. — Ферст побагровел. — Я только что отстроил особняк. Целое состояние на него угрохал. Одних статуй двадцать штук! — И не того дерьма, что тут Клавдий показывал. Настоящий элланский мрамор.
— Успокойтесь. Никто не пропустит этот указ. Пусть у Клавдия два голоса в Сенате…
— Хорошо бы лишить его обоих. Нет, лучше трех сразу. И его собственного. Чтобы не вякал.
— А у императора десять голосов. — Катиллин задумчиво почесал щеку. — С дозволения его могущества Некроса. Если лудий убедит отца проявить лояльность к интересам народа, плакал ваш особнячок, мой дорогой.
Ферст выругался и громко засопел.
— Кстати, — Кувр доверительно понизил голос, — вы заметили, как сдал император? Болтают, что Некрос не отметил его своей милостью. Помните императора Севера? Нет, вы не помните. Энергия хлестал

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52