Добро пожаловать!
Еще о «Карамазовщине»
люди, попавшие в ее поток. Им стало легко и спокойно, прошли, пусть ненадолго, все возможные заболевания. Счастье, покой, радость, облегчение. Бесплатно, для всех…
Меня тоже зацепило этой сумасшедшей волной. На несколько мгновений я потерял слух, зрение и голос. Ослепило, оглушило, прижало к земле, скрутило. Как же это больно, когда тебя прожигают белым раскаленным железом. А потом через сквозные дырки в шкуре струится расплавленный, звенящий металл и по шерсти пробегают искры…
— Гэл! Гэл! Гэл!!
— Нормально. Нормально. Все нормально. Нужно было какое то время, чтобы прийти в себя. Осознать, что небо находится наверху, земля внизу и я стою на ней. Немного шатаясь, но все же стою.
— Зря мы отпустили этих демонов, — пробормотал я, обеими руками растирая ноющую грудь. — Надо было вот так же шарахнуть по ним. И наслаждаться незабываемым зрелищем.
Энджи рассмеялся. Звонким, беззаботным смехом юного человека, не обремененного никакими проблемами. Дотронулся до моей руки:
— Идем, Гэл.
— Да уж. Пора сматываться, пока эта парочка не вернулась. Держу пари, их тоже зацепил твой стихийный всплеск… То то слухов будет в Великом Рэйме о том, как неожиданно протрезвел и излечился от всех заболеваний целый район.
— Идем.
— Да да. Ты откроешь телепорт или я?
Увидев нас, возвратившихся из славного путешествия по злачным местам Рэйма, Гермия вскочила из за стола, за которым шила что то, и порывисто бросилась к Энджи.
Подняла светильник до уровня его лица, внимательно всмотрелась.
— Да цел он. Цел. — Я расстегнул пояс, положил меч на край сундука и присел на скамью, вытянув усталые ноги
Теперь бы поспать. Часиков эдак пятнадцать. Демоны вообще любят проводить время во сне, но, впрочем, кажется и Энджи не отказался бы упасть в мягкую постель, отрешиться от дел земных.
— Что Атэр, спит? — Я потянулся и принялся разматывать с себя тогу.
— Спит, — Гермия поспешно убирала со стола рукоделье, — после терм всегда хорошо спится.
— Вот и славно. Я тоже пойду. — Я зевнул, бросая поверх ножен помятую верхнюю одежду.
— А ужинать вы разве не будете? — Девица застыла, требовательно и одновременно нежно глядя на ангела. Собственно, вопрос об ужине был обращен непосредственно к нему.
— Спасибо, Гермия, не хочется, — улыбнулся тот.
Вот она, ангельская искренность. Отказался, даже не подумав, что девушка весь вечер беспокоилась, старалась угодить его светлости, наготовила каких нибудь кулинарных изысков. Естественно, ему это в голову не придет. Привык, что о нем заботится верный старина Гэл.
Энджи снял сандалии и пошел в закуток, где журчал хваленый рэймский водопровод, — умываться. Гермия совалась туда несколько раз то с чистым полотенцем, то с флаконом ароматного масла. Потом отнесла новую тунику, вышитую золотом. Вернулась, села за стол, подперла щеку кулаком и задумалась. Да, было о че
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52