Добро пожаловать!
Заметки о мещанстве
— Вы с Энджи молодцы… Гермия! Гермия!!
Видимо, девица почувствовала, что запахло жареным. На зов явилась нехотя, скромно опустив глазки. Пропела тоненьким голоском:
— Что угодно лурию Гэлу?
— Лурию Гэлу угодно задать тебе несколько вопросов. Атэр, приоткрыв рот от удивления, смотрел на меня со все возрастающим интересом. Из комнаты появился Энджи, его умиротворенное педагогическими успехами лицо стало тревожно настороженным.
— Гэл, что случилось?
— Это ты у нее спроси, что случилось!! — Дурацкая у меня все же манера орать, как только для этого подвернется удобный случай. Бороться с этим надо. Бороться… Только не сейчас.
— Ну ка, голубушка! Отвечай, кто ты такая?! Гермия захлопала глазами, мгновенно наполнившимися слезами, и устремила плывущий взор на своего спасителя.
— Я не помню. Энджи, то есть лурий Энджи, говорил, что я вспомню, но я не помню. Мне снятся боль, страх, какие то жуткие твари…
— Хватит врать!
— Гэл, — предостерегающе произнес ангел, но я грубо отмахнулся от него.
— Погоди! Сейчас я проясню ее память! Скажи ка мне дорогая, кто такая лурия Лолла? Напряги свою головку. А имя лурия Клавдия ничего не напоминает?!!
— Энджи… — Гермия зарыдала, заламывая руки и жалостно всхлипывая. — Я не понимаю, чего он хочет от меня!
— Гэл, — ангел нахмурился, — объясни, чего ты добиваешься?
— А того! Эта красотка — беглая рабыня сестрицы Клавдия, госпожи Лоллы.
Девчонка ахнула, прижала руки ко рту, затряслась всем телом.
— Хватит ломать комедию… Светловолосая, светлоглазая элланка, пропавшая несколько дней назад. Невысокого роста, на груди ожог в форме крыла бабочки… И все она прекрасно помнит. Просто не хочет возвращаться во дворец. Здесь ей гораздо лучше!
— Да! Да! — закричала Гермия, сообразив, что дальше отпираться не имеет смысла. — Я не хочу возвращаться туда! Я не могу! Там не живешь, там словно умираешь каждый день! И не можешь умереть! Энджи, я не могу! Пожалуйста, не отдавай меня обратно! С вами я ожила… Пожалуйста! Пожалуйста!!
Ангел ничего не ответил, только протянул руку, и Гермия бросилась к нему, прижалась к груди, плача тоненько и жалобно. Он стоял, гладя ее по голове, и смотрел на меня печальными, утомленными глазами.
— Мы должны вернуть ее, — сказал я твердо, — Для Атэра это единственная возможность попасть во дворец. С ней нас хотя бы захотят выслушать. Там ты сможешь применить свою силу, и, может быть, мальчишка понравится Арэлл.
Гермия отчаянно замотала головой под рукой ангела, размазывая слезы по его тунике:
— Не надо! Не надо! Пожалуйста, не надо!
— Да вы что, обалдели?! — подал голос Атэр. — Мы не можем укрывать беглую рабыню! Нас всех вздернут за это!
— Слышишь, Гермия, ты хочешь, чтобы твоего дорогого Энджи повесили? Или предпочитаешь, чтобы ему отрубили голову?
Девушка застонала тихонько, а ангел
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52