Исповедь

бный запал прошел.
Я выругался тихо, выпустил девчонку и вышел из дома.
И только на улице сообразил, что не поговорил с Энджи. Даже не попрощался.
У дома меня встретил растрепанный Фламиний Севр:
— Слышал, Камилла убили? Какаято тварь зарезала в подворотне.
Видимо, он принял мое угрюмое молчание за потрясение, потому что принялся в подробностях рассказывать, где нашли Камилла, когда и кто может быть предполагаемым убийцей. Я не мешал ему болтать, периодически вставляя ничего не значащие междометия.
— Нас изза этого собирают? — спросил я, когда он замолчал на мгновение, чтобы перевести дыхание.
— Кто собирает? Аа. Это я тебя позвал. Пойдем прогуляемся до таверны на улице Роз, там тебя Серентий ждет.
— Зачем?
— Говорит, разговор есть.

ГЛАВА 19,
в которой я получаю предупреждение и занимаюсь активной благотворительностью

Мы, то есть я, Фламиний и Серентий, сели за стол в таверне на улице Роз. Она так и называлась — улица Роз, хотя я не видел здесь ни одного цветочного куста. Заведение было так себе. Как раз для небогатых военных, решивших освежиться после славно прожитого дня. И находилось оно совсем близко от казарм городской когорты, куда Серентий Должен был сообщить о смерти Камилла и моем ранении. Последнее сообщение избавляло меня от необходимости продолжать нести службу сегодня. За что ему большое спасибо.
Но что, интересно, заставило начальника просить Севра привести меня сюда? Возникли какието подозрения по поводу моей причастности к убийству? Послушаем…
— Хороший парень был Камилл, — начал Серентий, задумчиво глядя в свою чашу. — Дурак, но хороший.
— Рано или поздно его все равно пристукнули бы, — заметил Фламиний. — Такой человек.
— Многие «такие» люди доживали до пенсии, — угрюмо возразил я. — А потом сидели в своем имении с садом и попивали домашнее вино.
— Никто не может знать, где и когда все закончится, — глубокомысленно заметил Серентий.
— Слушай, — Севр придвинулся ко мне ближе, — Серентий сказал, он пошел следом за тобой. Ты его видел?
— Нет. Никого я не видел. Этот ублюдочный прислужник Некроса чуть меня не уделал.
Ну вот, опять меня занесло. Сослуживцы, услышав эти слова, вытаращили глаза.
— Гэл, засунь свой болтливый язык себе сам знаешь куда!! Сколько раз говорить — ты не у себя в деревне! Брякнешь чтонибудь лишнее не там, где надо, мигом окажешься вон в том гостеприимном домике.
«Гостеприимный домик», он же храм Некроса, был виден через открытую дверь. Монолитный черный бастион, вросший в землю.
— Ну это вряд ли. Его Могущество предпочитает видеть у себя в гостях голубоглазых блондинов, — заметил я.
Серентий вдруг побагровел, жилы на его шее вздулись, рука так стиснула ножку чаши, что побелели суставы пальцев.
— Ты! Умник! Думаешь, демоны будут смотреть на то, како

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52